Универсальным проявлением аффективных расстройств считается дисфория.
Для всех культур и, особенно, субкультуральных групп, где депрессивные и тревожные переживания стигматизированы либо не «поощряются» социальным окружением, общераспространенными являются «скрытые», соматизированные депрессии, вообще соматизация аффекта. Гипертимные изменения настроения, самочувствия, общей активности меньше отражены в лексике, вероятно, потому, что они чаще всего субъективно оцениваются как «нормальное», естественное состояние и не служат предметом рефлексии, соответственно, вербально менее нюансированы по сравнению с гипотимными переживаниями.
Как и аффект (мания, гипомания, эйфория) аффективные психические расстройства http://psytheater.com включают те же составляющие: эмоциональные, двигательные, когнитивные, конативные, вегетативно-соматические. Часть из них противоположны по направленности изменений гипотимным вариантам аффективных расстройств (подъем энергии, активности и настроения), другая часть может проявляться разнонаправленными сдвигами (дезорганизацией когнитивной деятельности, неустойчивостью мотивов и побуждений), третья — может оказаться близкой к депрессивному или тревожно-депрессивному аффекту (вегетативно-соматические изменения, в частности так называемая триада Протопопова, доминирование симпатикотонии, повышение уровня кортизола).
Радикальное разделение аффективных и тревожных расстройств в современных классификациях DSM-IV и МКБ-10 представляется искусственным, мало опирающимся на доказательные данные, а с прагматической точки зрения далеко не всегда приемлемым для лечения и реабилитации больных. Более того, в современных терапевтических подходах и «консенсусных», т.е. согласованных с широким кругом экспертов, рекомендациях это разделение чаще всего игнорируется. В частности, при депрессивных и тревожных расстройствах предлагаются одни и те же антидепрессанты.
Недостаточная надежность современных критериев диагностики депрессии (высокая чувствительность при довольно низкой специфичности) связана прежде всего с первостепенной оценкой эмоционального компонента депрессии, который нередко подменяет собой всю сложную структуру депрессивного аффекта. Мотивационно-волевым и побужденческим (конативным), психомоторным, в том числе речедвигательным, а также разного рода когнитивным элементам придается меньшее значение. При общем интересе исследователей к когнитивным нарушениям их структура и содержание при аффективных расстройствах изучаются относительно редко и фрагментарно. Как известно, основное внимание в современных исследованиях направлено на когнитивный дефицит при шизофрении. Влияние аффекта на когнитивную деятельность систематически не изучалось, между тем как с начала XIX в. известны не только нарушения когнитивных функций, но и возможная их активация на начальных этапах развития. Известен закон Йеркса—Додсона, coгласно которому умеренная, непатологическая тревога повышает результаты исполнительной актуальной активности, но выраженная тревога снижает продуктивность деятельности.
Особенно противоречивыми и непомерно раздвигающими границы депрессии в современных классификациях представляются унифицированные понятия «большое депрессивное расстройство» и «депрессивный эпизод». Включая широкий круг нарушений, они дезориентируют врача относительно типичных и атипичных вариантов депрессивного синдрома, его стержневых и дополнительных составляющих, наиболее устойчивых, «ядерных» и более или менее случайных симптомов, которые могут зависеть от различных патопластических влияний и по своим патогенетическим механизмам не s являются закономерной принадлежностью аффективных расстройств.